Трехкомпонентная стратегия Запада, или Как хотят «сдуть» Китай

Неолибералы предлагают использовать Россию как таран в геостратегическом соперничестве с Пекином

Автор: Рауф Бейкер — Rauf Baker — журналист и исследователь, специализирующийся на проблематике Европы и на Ближнего Востока.

Перевод: С.П. Духанов.

***

Прогноз Центра BESA No. 2031, 16 мая 2021 года

В последние годы «империалистический» экономический сдвиг в сторону Китая выкристаллизовывался параллельно с идеологическим потрясением в восприятии Западом себя и своей роли в мире.

С проникновением Китая на африканские рынки и его устойчивой экспансией в Азию влияние Пекина на американскую и европейскую экономики достигло беспрецедентного уровня. Китайцы используют возможность, предоставляемую регрессом Америки и озабоченностью крупных европейских держав проблемами терроризма и нелегальной иммиграции, а также кризисом COVID-19. Последний из них был порожден вирусом, который возник в Китае, но вызвал большие разрушения, распад и бедствия, скорее, за границей, чем внутри этой страны.

Сегодняшний Китай, возможно, представляет собой величайшую угрозу гегемонии западного либерализма, возникшую после распада Советского Союза три десятилетия назад. Запад сталкивается с двойной дилеммой: как бороться с угрозой со стороны Китая, с одной стороны, и как управлять все более напряженными отношениями с еще одной мировой державой — Россией — с другой. Западу не доверяют обе страны.

Решение может заключаться в самой этой дилемме — сделать Москву прививкой против Пекина. Не секрет, что теплых отношений между странами нет. Обе они находились под властью коммунистических режимов, когда американцы успешно объединились с китайцами, чтобы дать отпор Советам. На этот раз составные части уравнения можно переставить местами.

В данной ситуации агрессивную риторику Запада в отношении Москвы трудно понять, поскольку такой подход — подарок Пекину. Россия, похоже, не представляет прямой и непосредственной угрозы для Запада — в отличие от Китая. Ей не хватает ресурсов «мягкой силы», которыми пользуется ее сосед.

В отличие от китайцев, русские не производят электромобили, которые могли бы превзойти германскую автомобильную промышленность или свергнуть Tesla, первопроходца Америки. Русские — не те, кто сеют языковые и культурные институты на международном уровне, как это делают китайцы через свои Институты Конфуция. Россия также не является страной, которая стала одним из важнейших источников технологий искусственного интеллекта.

Именно Пекин, а не Москва вкладывает большие средства в порты по всему миру и захватывает экономики целых стран, стремясь через несколько лет стать экономикой номер один в мире.

Демографический разрыв между двумя странами также огромен — 144-миллионное население России составляет одну десятую часть населения Китая.

На менее видимом уровне контраст также значительный. Там, где Россия медлительна и даже инертна, Китай экспансивен, активен и прожорлив. Таким образом, один и тот же ботинок не подходит на ту и другую ногу. Западу, возможно, следует изменить свою политику и поддержать такой подход к урегулированию отношений с Москвой, который будет основан на общих интересах, что проложит путь к совместным усилиям в противостоянии Китаю.

В Азиатско-Тихоокеанском регионе многостороннюю роль в этом смысле может сыграть Четырехсторонний диалог по безопасности («Четверка»), или азиатское НАТО. Этот стратегический форум, в который входят США, Австралия, Япония и Индия, служит подходящей платформой, с позиций которой Нью-Дели может стать новым лицом нео-западного империализма. У Индии для этого как у крупной политической, экономической и военной державы есть все возможности.

Есть несколько причин, по которым центральное место должна занять Индия. У неё исторически нестабильные отношения с Китаем, с одной стороны, их пограничный спор унес тысячи жизней, а Нью-Дели поддерживает независимость Тибета. Индия также является традиционным союзником России, который может сыграть роль сближения Москвы и Запада.

Кроме того, Индия обладает промышленным потенциалом, который при дальнейшем развитии может соперничать с Китаем. У Индии есть необходимая инфраструктура, чтобы быть технологическим союзником Запада, который может помочь последнему уменьшить его технологическую зависимость от Китая. Нью-Дели также может сыграть важную роль в производстве и поставке вакцин и лекарств в эпоху после COVID-19.

Все это повлечет за собой объединение Индийского океана с Тихим и введет Нью-Дели в лигу союзников. Нынешнее правое правительство Индии неуклонно движется в этом направлении. Оно углубило отношения с США, Австралией и ЕС, положило начало морскому партнерству в Тихом океане с Францией и закладывает основы для прочного стратегического партнерства с Великобританией.

Другой член «четверки» — Япония — постепенно меняет свою военную доктрину и активно участвует в делах Азии. В этих рамках Токио и, возможно, Сеул имеют право на всестороннее участие в решении тайваньской проблемы в западной части Тихого океана. И пока Пекин расширяет свое присутствие в Бенгальском заливе и в Юго-Восточной Азии и инвестирует в порты, находящиеся в сфере влияния Австралии, Канберра вместе с Нью-Дели и Филиппинами (другим союзником США) может остановить Китай.

Австралийцы находятся в хороших отношениях с Индонезией, Малайзией, Лаосом и Вьетнамом (последние две — бывшие французские колонии, поэтому Париж может оказать в этом помощь) и будут пристально следить за развитием ситуации в Мьянме, во внутренние дела которой вмешиваются китайцы.

Британия после «Брексита» теперь имеет более широкие возможности для разработки своей внешней политики, как видно из возобновленных разговоров британского правительства о доктрине «глобальной Британии» и о необходимости продолжать свою «историческую миссию» во всем мире. Индия, Австралия и Канада имеют преимущество в особых отношениях с Лондоном, их бывшей колониальной державой, которая должна помочь им тогда, когда они находятся в одном окопе против Китая.

Проблема, в которой может оказаться Запад, состоит в том, что Китай превращается в убежище и источник тех основ, на которых сегодня живут капитализм и потребительство. Западу следует искать другие альтернативы, в дополнение к Индии, чтобы Пекин был не в состоянии ужесточить свою хватку до такой степени, что отказ от Китая был бы равносилен финансовому самоубийству.

Важным шагом в этом отношении является оживление экономики южноамериканских государств — главным образом, Бразилии, Аргентины и Венесуэлы. У этих стран есть большой потенциал, но их бросили в одиночестве, когда они столкнулись с последствиями финансового кризиса, резкого падения цен на нефть и COVID-19.

В Европе северные страны играют ключевую роль в продвижении центральной роли западной цивилизации как глобального культурного и цивилизационного центра. Европейское правое крыло, которое традиционно недружелюбно по отношению к китайцам и более склонно к русским, постепенно набирает силу, особенно в Швеции, где правые партии требуют более тесных отношений с США и прекращения политики нейтралитета.

Здесь тоже можно использовать взаимную подозрительность — в данном случае между Москвой и скандинавами. Дать зеленый свет газопроводу «Северный поток-2», который свяжет Россию и Германию. Этот газопровод проходит рядом со странами Северной Европы; он стал бы ценным призом для Москвы и помог бы убедить сопротивляющуюся Германию присоединиться к делу противостояния Пекину.

Американские заверения в адрес скандинавов и россиян в этом контексте ослабят напряженность и превратят Балтийский регион в общую почву. Это положит начало более широкому пониманию в будущем по таким вопросам, как права русских меньшинств в Восточной Европе и Балтии, проблема противоракетного щита США, и наращивание военной мощи Москвы в Калининградском эксклаве.

Помимо этого, есть фундаментальная стратегическая выгода, которую можно получить от сближения между Западом и Россией. Это сближение включает северные страны и Канаду — речь идет о морских маршрутах, в частности о Северном морском пути и о Трансполярном морском пути. Первый, который находится в исключительной экономической зоне России, может стать новым надежным транспортным маршрутом из европейских портов в тихоокеанские. Если помочь россиянам в продвижении этого коридора, то выгоду от этого получит Запад.

Единственное препятствие заключается в том, что и Пекин надеется извлечь выгоду из этого маршрута, связав его с «Морским шелковым путем». При наличии канадско-российского скандала по вопросу о защите суверенитета над Северным морским путем Запад и русские могут достичь определенный способ существования в целях раздела влияния на обоих маршрутах с взаимными гарантиями, которые обеспечат долгосрочную стратегию обеих сторон и обеспечат достижения их целей.

Компромисс может заключаться в том, чтобы позволить Москве поддерживать постоянную ставку фрахта по Северному морскому пути, что обеспечило бы ей значительный доход. В обмен следует получить твердое обязательство России защитить Запад с коммерческой стороны от чрезмерной эксплуатации этого маршрута Китаем. Обе стороны в конечном итоге могут получить прибыль от Трансполярного морского пути, поскольку таяние арктических ледяных шапок, вероятно, увеличит движение по обоим маршрутам и повысит их коммерческую прибыль.

Чтобы обуздать Пекин, нужно действовать как китайцы. Это означает, что Западу придется коренным образом изменить свои менталитет и идеологию. Западный политический либерализм должен найти новые определения, которые могут включать прекращение обсуждения вопроса о демократии с недемократическими государствами или, другими словами, борьбу с Пекином с помощью китайского же оружия.

Единственный способ, которым Запад сможет нарушить гармонию между Китаем и недемократическими режимами незападного стиля — это в значительной степени игнорировать их ситуацию в области прав человека. Как история, так и текущие события показали, что чем больше давления на такие режимы в этом вопросе, тем быстрее они бегут в сторону Китая. На время необходимо лишить приоритета распространение демократии, которая играет ключевую роль во внешней политике Запада.

Несомненно, у Запада достаточно недостатков, чтобы заполнить ими и Тихий, и Индийский океаны, но его глобальное лидерство по-прежнему по большому счету «наименее плохой» вариант, когда альтернативой является передать бразды правления параноидальной республике.

Опубликовано в «Свободной прессе» — https://svpressa.ru/world/article/299457/?fbclid=IwAR2DXJ_XtmCbO9Wq6QF0FnzTmTX2tdf5jQvqLvDBx_PJLO6hciig75J-umQ.

Источник здесь.